Выпрямившись, она показала на дверь:

— Уходи.

Мэтт уставился на нее в недоумении.

— Что ты хочешь этим сказать?

Энни сделала глубокий вдох, а затем посмотрела на него. Такое поведение было очень рискованным, но она сделала выбор в пользу абсолютной честности.

— Я практически обнаженная, ты стоишь слишком близко, и мы одни. Это неправильно.

Мужчина покачал головой, пораженный ходом ее мыслей.

— Это чушь. Что, ты думаешь, я собираюсь делать? Овладеть тобою прямо в ванне?

— Твои сестры могут найти наше уединение немного странным.

— Кого заботит, что они подумают?

— Меня, — она ткнула себя пальцем в грудь. — Меня. Вот этого человека, который стоит прямо здесь.

— Энни… — Мэтт взял девушку за руку и притянул ближе к себе. — Послушай…

Он собирался использовать логику. Хороший аргумент никогда не бывает лишним. Слова. Много слов. Но все мысли улетучились в тот момент, когда Мэтт ощутил тепло руки Энни и вгляделся в темно-карие глаза девушки.

Это, наверное, магия. Мэтт никогда не чувствовал себя так рядом с женщиной — как будто хотел дышать ею…

Энни первой очнулась от наваждения. Отстранившись от Мэтта, девушка указала на дверь:

— Иди же. Поговорим после, когда я оденусь.

Мэтт не помнил, как вышел в коридор. Мгновение он стоял на месте, оценивая ситуацию и медленно обретая равновесие. Но не душевное спокойствие. Что, черт подери, происходит? Он что, с ума сошел?

Направляясь к своей спальне, Мэтт размышлял, во что он впутал себя. Казалось, с каждой минутой Энни проникала в его жизнь все глубже и глубже. Очень удобно было убеждать себя, что он делает все это только для защиты ее ребенка. На деле же все гораздо сложнее…

Как только Мэтт дошел до своей двери, из комнаты с другой стороны коридора его позвала Рита: